416

Ярославль мятежный. О современной оппозиции сквозь призму истории

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 36. Аргументы и Факты - Ярославль 04/09/2013
Фото: АИФ

Сегодня в ярославском обществе то и дело звучит критика действующей власти. Мы уже слывём не просто оппозиционным регионом - в СМИ нас называют «современной столицей демократии». Причём если Москва шумно митингует и протестует, то у нас всё спокойно. Но каждый раз итоги очередных выборов изумляют всю страну. Вместе с доктором исторических наук Викторией Марасановой мы выяснили, что, оказывается, такое положение дел сложилось исторически.

Расстреляны без суда

Ольга Савичева, АиФ-Ярославль: Виктория Михайловна, в Ярославской области сегодня растёт недовольство властью. Как вы считаете, возможно ли развитие событий по сценарию 1918 года, когда в Ярославле вспыхнул мятеж?

Виктория Марасанова: Уверена, что сценарий 1918 года сейчас не повторится. Прежде всего, потому, что противоречия, как бы остро мы их ни воспринимали, гораздо слабее, и по сравнению с событиями почти 100-летней давности мы далеко ушли по пути решения социальных и экономических вопросов. Когда начинается мятеж, это значит, что уже никакими другими способами проблемы не разрешить.

Кроме того, вспоминая то время, нельзя забывать, что до этого четыре года шла первая мировая война, и люди устали, не очень понимали, что происходит и куда страна движется.

Ярославские события показали, во-первых, насколько город важен как стратегический пункт, это, кстати, всегда все понимали. Во-вторых, что у новой власти тоже не все благополучно по части того, как она решает проблемы и выполняет свои обещания.

О.С.: С тех пор прошло 95 лет, в этом году мы отмечаем своеобразный юбилей. Чем эти события интересны до сих пор?

В. М.: Тем, что о них спорят. Потому что когда враг нападает извне, легко разобраться: война становится отечественной, за свободу и независимость. А когда гражданская война, иногда даже сейчас мы не можем понять, кто прав, а кто виноват. Война между двумя частями населения в одной стране – это всегда трагедия.

Ярославский мятеж продолжался больше двух недель – так долго оказывали сопротивление частям Красной армии, даже притом, что постоянно подходили свежие подкрепления и артиллерия, и аэропланы. Но город стоял. А это значит, что восстала не кучка заговорщиков, а сами жители. Не ясно, сколько было жертв. Известно одно - до мятежа в городе находились 120 тысяч жителей, а после подавления осталось 70 тысяч. Большая половина центральной и заволжской частей города выгорела и была разрушена. Потом над Ярославлем была устроена расправа: от 5 до 7 тысяч горожан были казнены и расстреляны без особых судов.

Вообще всю страну поднять против советской власти не удалось. Ведь лозунг руководителей восстания был - возврат к старому. А с новой властью у многих связывались надежды, она обещала лучшую жизнь в интересах людей труда, рабочих.

Снова восстание

О. С.: Были ли в ярославской истории другие подобные протесты против режима, критика политики правительства?

В. М.: Буквально со средних веков мы видим на Ярославской земле своеобразную традицию оппонирования власти. То есть ярославцы, если можно говорить о типе, это люди думающие, анализирующие, имеющие критический склад ума.

Одним из первых критиков власти у нас был князь Андрей Курбский, который позволил себе выступать против самого Ивана Грозного за его жестокость и опалу бояр, - очень далёкая, средневековая история.

Если вернуться к событиям гражданской войны, то ярославское восстание не было единственным. Такие же мятежи вспыхнули в эти дни в Рыбинске и Муроме, но там они были подавлены достаточно быстро.

В ноябре 1918 года похожие события произошли в Мологском уезде: около 1000 человек участвовали в Мологском восстании, и, судя по архивным документам, суд над зачинщиками закончился только в 1925 году, так как в течение многих лет крестьяне их не выдавали.

В 1919 году в Даниловском уезде была разгромлена банда братьев Озеровых. Люди поднялись на восстание после того, как начались реквизиции - продовольствия не хватало, а у крестьян изымали не только излишки, но и самое необходимое. Чаша людского терпения переполнилась.

Фактически ярославцев можно сравнить с казачеством юга России, где в гражданскую войну были стойкие очаги сопротивления новой власти. Казаки противостояли до конца, вплоть до их физического уничтожения.

Есть многочисленные примеры, когда жители нашего края становились оплотом Российского государства, твёрдо выступая против внешнего врага. В Смутное время, 400 лет назад, Ярославль дал очень много и людских, и материальных ресурсов, чтобы ополчение Минина и Пожарского смогло освободить Москву от польско-литовских оккупантов.

Другой ярчайший пример – конечно, Великая Отечественная война 1941 – 1945 годов. 500 тысяч человек – больше половины населения области - ушли на фронт, 200 тысяч из них погибли. Это высокая цена победы.

О.С.: Чем всё-таки отличается ярославский народ – любовью к бунту или порядку, установленному властями?

В. М.: Не скажу, что ярославцы склонны к бунту, но… Когда старый, привычный порядок рушится, как, например, в конце 1980 – начале 1990-х, когда перемены были кардинальные, во многом даже сопоставимые с революционными, а механизм социальной защиты населения совершенно не был продуман, ярославцы снова «восстали». У нас появился первый в России Народный фронт, который стал одним из самых активных в стране. Ярославцы тогда набрали большой опыт активной политической деятельности.

Ярославский Робеспьер

О. С.: Какие ещё качества свойственны ярославцам?

В. М.: Умение живо откликаться на все происходящие в обществе перемены, предприимчивость, подвижность, мобильность, хитрость и изворотливость, умение не упускать своей выгоды.

О. С.: Есть ли исторические примеры ярославцев, показывавших чудеса изворотливости? И как боролись в прошлые столетия с коррупцией и злоупотреблениями?

В. М.: Самое громкое коррупционное дело было в 1900 году, когда пропали 11 тысяч рублей, огромная по тем временам сумма, собранная населением на памятник Фёдору Волкову. В этом году памятнику юбилей – 40 лет, а мог он появиться ещё раньше. Тогда говорили, что эти деньги присвоил губернатор Борис Штюрмер, который вскоре ушёл на повышение в Петербург. Его преемник на посту губернатора Алексей Рогович запретил проводить ревизию средств. Институты правового государства не сработали: должность человека защитила. Зато потом, когда произошла Февральская революция, в 1917 году, Штюрмера сразу же по решению Ярославской городской думы лишили звания почётного гражданина Ярославля. То есть общественность не забыла об этой краже.

Были и другие случаи. В 20-е годы XIX века на Стрелке строилось здание Демидовского лицея, и в ярославском обществе упорно ходили слухи о том, что губернатор Александр Безобразов присвоил часть денег. Но это дело никакого ходу не получило....

Самую беспощадную борьбу с взятками вёл ярославский губернатор Иван Унковский, занимавший этот пост с 1861 по 1877 год. В нашем архиве сохранился донос на него о том, что Унковский, когда назначает чиновников, обращает внимание «не на способности, а только на честность». Он даже получил прозвище Робеспьер за то, что смещал высокопоставленных чиновников, злоупотреблявших властью, несколько раз разгонял и набирал заново всю местную полицию.

Досье

Виктория Марасанова закончила Ярославский государственный университет в 1988 г. Заведующая кафедрой музеологии и краеведения ЯрГУ им. Демидова. Председатель Ярославского городского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры. Доктор исторических наук, профессор, автор более 300 научных работ, включая книги «Ярославские губернаторы» (1998) и «Летопись Ярославля. 1010–2010» (2007).

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах