699

Легенды и мифы Ярославского мятежа

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 26 25/06/2008

6 июля исполняется 90 лет со дня начала Ярославского мятежа, одной из самых знаменитых страниц истории нашего города.

При этом стоит отметить, что оценка событий лета 1918 года менялась до "строго наоборот". Если в 70-х годах граждане были всерьез уверены, что нехватка продуктов в Ярославле объясняется тем, что коммунистические вожди в Москве до сих пор не любят наш город из-за мятежа 1918 года, то с 1991-го "мятеж" превратился в "народное восстание", которое немедленно стало предметом особой гордости для городских властей и демократических историков. Однако практика показывает, что столь резкие перемены в оценках означают на практике лишь замену одних мифов на другие. Посмотрим же, как обстоит дело с событиями 1918 года... Итак.

Миф первый:эсеровский мятеж

Этот миф живуч чрезвычайно. Ярославский мятеж 1918 года называется правоэсеровским даже в БСЭ: "В июле произошли подготовленные при поддержке Антанты правоэсеровский Ярославский мятеж 1918г. (6 - 21 июля) и более мелкие мятежи в Муроме, Рыбинске, Коврове и др.".

Между тем вооруженное выступление против советской власти в нашем городе подготовлено было вовсе не правыми эсерами (и уж тем более не эсерами левыми, сцепившимися с большевиками в тот же день, 6 июля, в Москве), а совершенно другой организацией - "Союзом защиты родины и свободы", которую возглавлял Б. В. Савинков, порвавший с эсерами еще в сентябре 1917 года.

СЗРиС был организацией не столько политической, сколько боевой, и куда более реакционной, чем "розово-социалистические партии", активно боровшиеся против большевиков. Если эсеры и меньшевики хотели восстановить дооктябрьскую власть, то савинковцы собирались вернуться к состоянию дофевральскому. Примечательно в этом отношении "Обращение к гражданам города Ярославля", изданное лидером мятежа Перхуровым 13 июля. В нем отменялись не только все распоряжения советской власти, но ликвидировались и те органы управления, что были созданы еще при Временном правительстве: волостное земство, волостные земельные комитеты и гражданская милиция. В самом Ярославле их заменяла власть "управления главноначальствующего по гражданской части", а в "прочих городах губернии - власть начальников уездов", восстанавливались полномочия волостных старшин. Возрождались также окружные суды, а функции общей полиции передавались "уездной и городской страже".

Поэтому рискнем утверждать, что в случае победы Ярославского мятежа и взятия белыми Москвы была бы реализована совсем другая структура власти, чем та, за которую ратовали меньшевики и эсеры. Это была бы военная диктатура, обеспечивающая полный приоритет исполнительной власти, и "народное представительство" не на партийно-выборной основе, а на сословно-профессиональной (то есть корпоративной) основе.

Таким образом, во главе вооруженной борьбы против большевиков в Ярославле стояли не "розовые" эсеры, а представитель "лилейно-белой" контрреволюции - местный аналог Колчака, разогнавшего осенью 1918 года "демократическое правительство" КОМУЧа в Сибири.

Миф второй:народное восстание

Этот миф имеет относительно недавнее происхождение и муссироваться начал с 1991 года. На чем он основан, совершенно непонятно, поскольку даже сам лидер белогвардейцев полковник Перхуров в своих воспоминаниях оценивал свои силы от 400 до 1000 человек. Для сравнения: в 1914 году в Ярославле по мобилизации было призвано в армию около 8000 человек. Так что о массовости мятежа говорить не приходится, а уж тем более о стихийности, без которой восстание представить себе крайне трудно. Начался он с того, что 105 собравшихся на Леонтьевском кладбище офицеров внезапным нападением овладели оружейными складами на станции Всполье и разоружили находившийся там коммунистический отряд. После этого они двинулись в центр города, заняли телеграф и телефон, чем и обеспечили переход на свою сторону 200 человек из городской милиции (ее возглавлял бывший прапорщик и губернский комиссар Временного правительства Фалалеев) и автоброневой дивизион под командованием поручика Супонина (25 офицеров, 2 пушечных бронеавтомобиля "Путилов-Гарфорд" и 5 крупнокалиберных пулеметов). Впоследствии к мятежникам присоединилось еще некоторое число гражданских лиц (включая и гимназистов), но этих сил оказалось недостаточно даже для того, чтобы захватить весь город, закоторосльная его часть (Перекоп) осталась в руках красных, причем склады на станции Всполье были отбиты ими у мятежников в тот же день.

Стоит отметить, что силы красных в первые дни мятежа были очень малы и не могли даже надежно блокировать город, так что эмиссары Перхурова могли по Волге совершать довольно длительные путешествия, в частности, в Толгский монастырь, призывая окрестных крестьян к восстанию против большевиков. Особые надежды Перхуров возлагал при этом на жителей Диева-Городища. В этом селе волостной сход 8 июля принял решение идти на помощь ярославцам, и импровизированный отряд двинулся к городу через Толгу. Но - увы! - получив от представителей Перхурова оружие, большинство мужичков предпочло вернуться по домам, а до Ярославля добралось только около 50 крестьян-добровольцев.

Таким образом, Ярославский мятеж не превратился в крестьянское восстание (как было в Сибири, где мятеж чехословацкого корпуса в мае 1918 года стал "запалом" для множества крестьянских восстаний).

Миф третий:Ярославль -дорога на Москву

Этот миф основан на слабом знании хронологии событий. Когда смотришь на карту гражданской войны, все выглядит вроде бы убедительно: вот Архангельск, в котором английские интервенты, а вот Ярославль, в котором находится железнодорожный мост через Волгу. Стоит англичанам погрузиться в эшелоны - и можно без особых помех доехать прямо до Москвы. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что английский десант высадился в Архангельске только... 2 августа 1918 года!

Таким образом, открыть англичанам дорогу на Москву полковник Перхуров при всем желании не мог - англичан поблизости не было. При этом сам Перхуров не скрывал, что рассчитывал на интервенцию: "В июне переговоры с союзниками приняли такой характер: союзники обещали не только денежную помощь, но и помощь войсками, оружием и техническими средствами. Помощь эта не могла быть большой и должна была явиться через Архангельск".

Должна была явиться, но не явилась - доблестные союзники предпочли не спешить на помощь русским белогвардейцам, да и едва ли можно всерьез думать, что, намечая вооруженное выступление, Савинков и Перхуров надеялись только на англичан. Отнюдь.

Дата мятежа была выбрана, скорее всего, из других соображений. В конце июня 1918 года острые противоречия между большевиками и левыми эсерами уже ни для кого не были секретом, и открытого столкновения между ними на V съезде Советов можно было ожидать почти наверняка. Именно на неизбежную обстановку неразберихи, связанной с борьбой за власть в Москве, и сделал ставку Б. Савинков. И даже не очень ошибся. Вот какой рассказ участника июльских событий 1918 года в Семибратове Н. А. Бубнова записал краевед Михаил Сударушкин: "Поздно вечером в кабинет председателя исполкома ворвался эсер Комиссаров, долгое время не появлявшийся в исполкоме. Вижу, он сильно возбужден, подходит к столу и требует: "А ну, товарищ Бубнов, уматывай отсюда, власть перешла к нам. В Москве ЦК и Ленин арестованы, есть "молния" по телеграфу". Требую к себе начальника почты, отвечают - сбежал. Входит дежурный с телеграфа, подает телеграмму. Комиссаров ждет. У меня на столе наган, подвигаю его поближе. Вижу, в коридоре стоит рабочий с винтовкой, догадываюсь - прислал с фабрики Тимофеев. Читаю телеграмму: "Всем! Всем! Час назад пущена с провокационной целью телеграмма поднявших мятеж эсеров. Не верить! Оставаться на местах! Ульянов (Ленин)".

Понятно, что в такой обстановке вполне реальные шансы на успех у мятежников были, но очень многое зависело от того, какую поддержку окажет им население. Результат известен - народной поддержки белогвардейский мятеж в Ярославле не получил, был вскоре локализован и в конце концов подавлен.

Надо, впрочем, отдать должное полковнику Перхурову. Располагая совершенно ничтожными силами, он сумел так организовать оборону, что на две недели сковал у Ярославля значительную группировку красных, на подавление мятежа были брошены 8-й Вольмарский (лат.) полк - с самого начала (ком. - прапорщик Лаубе), 2-й Московский советский полк (видимо, русский), комм. отряд Придатченко, комм. отряд Ануфриева, комм. отряд Громова, несколько отрядов венгерских и австрийских интернационалистов, путиловская артбатарея, китайский батальон, батальон 1-го Варшавского полка, 6-й Тукумский (лат.) полк, австрийский коммунистический отряд Д. Куделко... Всего до 7 тысяч человек.

Однако, признавая храбрость и упорство мятежников, все-таки не следует заменять одни исторические мифы другими.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах